Главная » Экономика и Инновации » КОНКУРЕНЦИЯ НАЦИЙ. ЧАСТЬ 5.

КОНКУРЕНЦИЯ НАЦИЙ. ЧАСТЬ 5.

30.04.2023 19:33

       Германия к концу мировой войны.

       Какие же события имел в виду Гитлер, когда произносил свою речь в Рейхстаге, став рейхсканцлером? Кайзеровская Германия была развитым империалистическим государством с концентрированной промышленностью и многочисленным индустриальным пролетариатом, но также с сохранившимися феодальными пережитками в виде юнкерского помещичьего хозяйства и полуабсолютистской монархии. Помещики-юнкеры занимали командные позиции в государственном и военном аппарате, деля власть с верхушкой монополистической буржуазии. Тесное сотрудничество юнкеров и монополистов придавало внутренней и внешней политике германского империализма особенно реакционный и агрессивный характер. Германский народ дорого уплатил за развязанную империалистами войну. Два миллиона немцев погибли на фронтах, а вместе с пленными и ранеными потери составили семь с половиной миллионов человек. Война принесла разруху в промышленности сокращение посевных площадей, катастрофическое падение урожайности.

       Из-за блокады почти полностью прекратился ввоз продовольствия и удобрений. Страна голодала, свирепствовали эпидемии. Война углубила и обострила социальные противоречия. Реальная заработная плата рабочих резко снизилась. Солдатские семьи получали нищенское пособие. В то же время крупные помещики, заводчики, фабриканты, спекулянты наживали колоссальные барыши. В народных массах усиливалось движение протеста против существующего строя и против империалистической войны, поставившей страну на грань катастрофы. Огромное влияние на германский народ оказала Великая Октябрьская социалистическая революция в России. Провозглашенные Советским правительством ленинские принципы демократического мира вдохновили трудящихся Германии на борьбу за скорейшее восстановление мира. Спартаковцы укрепили свои позиции и выступали пламенными и самоотверженными пропагандистами идей Октябрьской революции. Участились случаи братания русских и немецких солдат на Восточном фронте.

       Командование перебрасывало с Восточного фронта на Западный многие воинские части, которые стали «ненадежными», но это привело лишь к тому, что и на Западном фронте среди немецких солдат стало расти движение за окончание войны. В войсках началось разложение. Солдаты больше не хотели воевать, а прибывавших на передовые позиции резервистов фронтовики встречали криками:

       «Штрейкбрехеры! Долой тех, кто затягивает войну!».

       Германские империалисты рассчитывали, что, навязав Советской России грабительский Брестский мир, они задушат социалистическую страну и предотвратят революцию в Германии. В действительности же оккупация Украины, Белоруссии и Прибалтики германскими войсками еще больше ослабила империалистическую Германию, затягивая её в тяжелую и изнурительную войну с народами оккупированных территорий, которые поднялись на борьбу за свое освобождение. После январской всеобщей политической забастовки правительство стало вводить войска на важнейшие военные заводы. Но милитаризация произвела слабое воздействие на рабочих, и военным властям так и не удалось полностью контролировать положение. В июле 1918 года полицей-президент Берлина докладывал верховному командованию, что народные массы не верят военным сводкам, а правительство потеряло всякое доверие у народа.

       «Народную душу, - писал он, - волнует теперь только один вопрос: когда наступит мир?».

       Летом 1918 года по всей стране прокатилась волна политических забастовок и демонстраций с требованием мира, демократии и улучшения жизненных условий. Бастовали горняки Верхней Силезии, саксонских каменноугольных шахт, металлисты Рура, текстильщики и металлисты Баварии. Всего в 1918 году в забастовках участвовало около 2,5 миллиона рабочих. История Германии не знала такого размаха забастовочной борьбы. В августе 1918 года в Руре состоялась стотысячная забастовка горняков. Рабочие говорили:

       «Полное обнищание масс - вот причина стачки. Ни рубашки на теле, ни одеяла, чтобы укрыться. Крохи хлеба и вода - таково сегодня положение горняков».

       К осени 1918 года ясно обозначилось катастрофическое положение Германии на Западном фронте. Правящие круги стали искать пути для скорейшего заключения мира. Для этой цели и должно было служить образованное в начале октября новое правительство. Правительство, считаясь либеральным и могло бы, как они рассчитывали, предотвратить революцию и заключить мир с Антантой. Правительство, возглавленное принцем Максом Баденским, имело в своем составе и представителей Социал-демократической партии. Господствующие классы уже не могли править страной без открытой поддержки со стороны руководителей социал-демократии. В свою очередь лидеры Социал-демократической партии охотно пошли на коалицию с буржуазными партиями, заявив, что это нужно в интересах «национального единения». Ведущий деятель правой социал-демократии Носке впоследствии писал:

       «Старая Социал-демократическая партия не хотела революции; когда военный разгром стал неминуем, она послала своих руководителей в правительство принца Макса Баденского, чтобы попытаться спасти положение».

       Вошедшие в правительство социал-демократы Шейдеман и Бауэр старались ослабить революционный натиск масс, спасти монархический режим. Так, с задействованием пропаганды с большим шумом были проведены некоторые реформы: ограничены права кайзера при назначении высшего командного состава армии, установлена ответственность канцлера перед рейхстагом, расширено избирательное право в Пруссии. Но обмануть народ всё же им не удалось. По всей Германии шли забастовки, многотысячные демонстрации. Бастующие настойчиво требовали свержения монархии, ввергшей Германию в интересах монополий и юнкеров в страшную войну. В стране сложилась непосредственно революционная ситуация: народные массы больше не могли жить по-старому, а господствующие классы не могли управлять по-старому. В. И. Ленин писал в октябре 1918 года:

       «Германская буржуазия и германское правительство, разбитые на войне и угрожаемые могучим революционным движением из внутри, мечутся в поисках спасения» - (В. И. Ленин, Резолюция, принятая на объединенном заседании В ЦИК, Московского Совета, фабрично-заводских комитетов и профессиональных союзов 22 октября 1918 год).

       Да, были стачки, протесты, демонстрации, но в Германии в то время не было революционной пролетарской партии. Социал-демократическая партия вела оппортунистическую политику поддержки империалистической буржуазии. Независимая социал-демократическая партия объединяла передовых рабочих, но возглавлялась центристскими лидерами, которые вели ее по пути соглашательства и оппортунизма. Лишь группа «Спартак» сумела правильно определить задачи грядущей революции. 7 октября состоялась Всегерманская конференция спартаковцев и бременских левых радикалов. На конференции была сформулирована политическая программа революционного авангарда германского пролетариата. Конференция призвала рабочих к борьбе, указала, что они не могут ждать удовлетворения своих требований от парламентских деятелей, а должны добиться этого силой. На конференции были выдвинуты демократические требования, которые предусматривали освобождение политических заключенных, отмену осадного положения, аннулирование военных займов, национализацию шахт, домен, банков, и крупной земельной собственности. Также были выдвинуты требования на сокращение рабочего дня, упразднение отдельных немецких государств и династий и так далее. В воззвании подчеркивалось, что достижение этих целей явится лишь началом борьбы. Воззвание заканчивалось лозунгами:

       «Да здравствует социальная революция! Да здравствует мир! Долой правительство! Смерть капитализму!».

       Организационно группа «Спартак» была тогда очень слаба; она еще входила в Независимую социал-демократическую партию. Лучшие вожди спартаковцев находились в тюрьме или в эмиграции; только 23 октября Карл Либкнехт вышел из заключения.

       Начало революции. Свержение монархии.

       В конце октября германское военно-морское командование приказало флоту выйти в море для решающей схватки с англичанами. Приказ, отданный после того, как война была уже проиграна и начались переговоры о мире, означал явную авантюру, грозившую погубить 80 тысяч моряков. Экипажи судов потребовали возвратить корабли в порты стоянки. Посланная ими делегация заявила командованию, что флот готов защищаться в случае неприятельского нападения, но отказывается идти навстречу бессмысленной гибели. Командование отменило свой приказ, но, когда эскадры возвратились в Киль и Вильгельмсхафен, оно приступило к репрессиям против моряков. В ответ на это избранный матросами в Киле «Комитет доверенных лиц» назначил на 3 ноября демонстрацию протеста. Руководители кильского комитета социал-демократов пытались сорвать выступление; они говорили морякам:

       «Неужели подавление восстания в 1917 года нас ничему не научило!».

       Тем не менее, демонстрация состоялась. В ней участвовали также солдаты кильского гарнизона, хотя командование всемерно старалось удержать их в казармах. Во время демонстрации отряд флотских офицеров открыл по ней огонь, 8 человек было убито, 29 тяжело ранено. Кровавая расправа над демонстрантами вызвала глубокое возмущение среди моряков, солдат и рабочих Киля. В городе началось восстание. 4 ноября пехотные части, посланные против матросов и рабочих, перешли на сторону восставших. В тот же день в Киле образовались Солдатский Совет и Рабочий Совет, действовавшие совместно. Советы возникли и на кораблях. 5 ноября на всех судах были подняты красные флаги. В городе вспыхнула всеобщая забастовка. Вся власть в Киле перешла в руки Советов, опиравшихся на поддержку вооруженных матросов и солдат. Для подавления революционного движения правительство спешно отправило в Киль статс-секретаря Гаусмана и депутата рейхстага, правого социал-демократа Носке. Доверчивые, политически неопытные матросы избрали Носке председателем Кильского солдатского Совета, а через несколько дней он был по решению Совета назначен и губернатором Киля. Носке сделал все для того, чтобы задержать дальнейшее развитие революции. 5 ноября правительство опубликовало обращение, подписанное также социал-демократическими министрами, с призывом к «порядку и спокойствию». Правительство утверждало, будто проведенные им реформы превращают Германию в «народное государство». Одновременно, пытаясь не допустить распространения революции на всю страну, правительство препятствовало проникновению в печать сообщений о том, что происходит в Киле.

       Однако остановить ход событий было уже невозможно. Революционное восстание матросов и рабочих в Киле явилось началом германской революции. Повсюду появлялись рабочие и солдатские Советы. В некоторых случаях они создавались спартаковцами, но большей частью возникали стихийно. На этой стадии Советы были органами революции, возглавлявшими борьбу за свержение монархической власти, за осуществление демократических свобод. 5 ноября революция охватила Любек, Брунсбюттель, Куксхафен. Вспыхнула всеобщая забастовка в Гамбурге, в которой участвовало 70 тысяч человек. Рабочие Гамбурга выработали революционную программу и избрали Рабочий и Солдатский Совет. К 8 ноября Советы образовались также в Бремене, Ростоке, Брауншвейге, Шверине, Дрездене, Лейпциге и во многих других городах. Революционное движение привело 7 ноября к свержению короля Баварии и 8 ноября - герцога Брауншвейгского.

       Вслед за ними были свергнуты короли Саксонии, Вюртемберга и другие коронованные правители. В Берлине 9 ноября 1918 года прошёл митинг. Правительство, руководители профессиональных союзов и обеих социал-демократических партий всемерно старались изолировать Берлин от начавшейся революции, но и здесь трудящиеся массы поднялись на борьбу против монархии и войны. 8 ноября спартаковцы и образовавшийся в начале ноября Исполнительный комитет Берлинского рабочего Совета (в него входили революционные старосты, избранные рабочими на предприятиях в период январской забастовки) призвали трудящихся столицы к всеобщей забастовке под лозунгом свержения монархии и установления социалистической республики. Утром 9 ноября сотни тысяч рабочих и солдат двинулись к центру Берлина. Только тогда Социал-демократическая партия отозвала Шейдемана и Бауэра из состава правительства и вступила в переговоры с Максом Баденским о назначении лидера социал-демократов Эберта на пост главы правительства и о немедленном провозглашении республики. Макс Баденский сам считал необходимым передать всю полноту власти правым социал-демократам. Он заявил:

       «В создавшейся обстановке единственный возможный рейхсканцлер - Эберт. Это даст возможность направить революционную энергию в рамки легальной избирательной борьбы».

       Тем временем определилась полная победа восставших рабочих и солдат. Под давлением масс Шейдеман, выступая днем 9 ноября перед мощной народной демонстрацией, объявил Германию демократической республикой. Эберт, который еще надеялся сохранить монархию, был взбешен самовольным выступлением Шейдемана. Но возражать было бесполезно: революционный подъем был настолько велик, что он мог смести вместе с кайзером Вильгельмом также Эберта, Шейдемана и прочих правых лидеров социал-демократов. Так революционное восстание привело к свержению 9 ноября 1918 года монархии и кайзеровского правительства. Вильгельм II бежал в Голландию. Спартаковцы считали, что революция сделала лишь первый шаг и что ее нужно довести до победного конца. Выступая 9 ноября около 4 часов дня с балкона императорского дворца перед огромным скоплением рабочих и солдат, Либкнехт заявил:

       «Я провозглашаю Германию свободной социалистической республикой».

       Он призвал рабочий класс:

       «Направить все свои силы на создание правительства рабочих и солдат, на организацию такого порядка в стране, при котором пролетариат установит мир, счастье и союз свободного немецкого народа с братьями по классу во всем мире».

       В этом кратком выступлении Либкнехт также приветствовал:

       «Борющихся русских - братьев по классу».

       Правые социал-демократы, напротив, видели в свержении монархии не начало, а конец революции. Высказать откровенно свои намерения они не решались и поэтому прибегали к различным маневрам, чтобы сохранить за собой руководство движением. Прежде всего, они предложили руководителям Независимой социал-демократической партии и К. Либкнехту войти в создаваемое Эбертом правительство. К. Либкнехт ответил, что согласен вступить в правительство на три дня для содействия окончанию войны при условии, что Германия будет провозглашена социалистической республикой, а вся власть будет находиться в руках Советов, избранных трудящимся населением и солдатами. Эберт отклонил это условие, и Либкнехт не вошел в правительство. Лидеры же Независимой социал-демократической партии приняли предложение правых социал-демократов. Одновременно лидеры правых социал-демократов в противовес Исполнительному комитету Берлинского рабочего Совета наспех организовали в здании правления своей партии «Рабочий и солдатский Совет», стремясь этим способом создать впечатление, что Социал-демократическая партия стоит на позициях поддержки Советов. Этот маневр имел роковые последствия для всего хода революции. Пользуясь тем, что подавляющее большинство рабочих доверяло Социал-демократической партии, оппортунисты захватили руководство в Советах и через них стали оказывать давление на рабочий класс. 10 ноября в цирке Буш состоялось собрание Советов Берлина. Состав его был весьма пестрым, проверка мандатов не производилась. Это был скорее открытый митинг, нежели заседание представителей Советов. Большинство принадлежало солдатам, находившимся под влиянием правых социал-демократов. Либкнехт выступил с речью, в которой призывал к бдительности, указывая, что контрреволюция проникла и в ряды собрания. Однако большинство присутствующих встретило это выступление враждебно. Собрание в цирке Буш приняло манифест «К трудящемуся народу». В нем заявлялось, что Германия стала социалистической республикой и политическая власть в ней принадлежит рабочим и солдатским Советам. Манифест приветствовал русских рабочих и солдат, которые пошли вперед по пути революции, и выражал:

       «Чувство гордости немецких рабочих, последовавших примеру рабочих России».

       В этом отношении манифест отображал чаяния и надежды немецких трудящихся. Однако правые социал-демократы рассматривали принятие этого документа как политический маневр, необходимый для усыпления бдительности рабочих. Собрание избрало Исполнительный комитет Берлинского Совета в составе 6 правых социал-демократов, 6 независимцев и 12 представителей солдатских Советов, большинство которых также находилось под влиянием правых социал-демократов. На этом же собрании было утверждено новое правительство Германии - Совет народных уполномоченных. В него вошли правые социал-демократы Эберт, Шейдеман, Ландсберг и независимцы Гаазе, Дитман, Барт. Совет народных уполномоченных взял на себя функции «политического кабинета», оставив на своих местах почти всех статс-секретарей в качестве «министров-специалистов». Правительство Эберта-Гаазе назвало себя «социалистическим», что свидетельствовало о мощном давлении масс и их тяготении к созданию социалистической республики. Но на самом деле новое правительство относилось к социалистической революции враждебно и по своей сути являлось буржуазным.

       В первые дни революции старый государственный аппарат был временно парализован. В ряде мест власть оказалась в руках рабочих и солдатских Советов. В Бремене, Брауншвейге, Лейпциге и некоторых других городах Советы очищали государственные учреждения от реакционных, милитаристских элементов. На отдельных промышленных предприятиях рабочие устанавливали свой контроль над производством. Так, в Рейнской области рабочие заняли несколько предприятий и изгнали директоров, которым только с помощью английских оккупантов удалось вернуться на свои посты. В Гамбурге и Бремене были созданы отряды Красной гвардии. Однако подавляющая часть Советов не боролась за уничтожение старого, реакционного государственного аппарата. Над рабочим классом тяготело наследие социал-демократических иллюзий парламентаризма. Вследствие длительного господства оппортунизма в рабочем движении Германии большинство рабочих не имело ясного представления о средствах и путях достижения социализма и верило, что с окончанием войны, свержением монархии, установлением республики и введением всеобщего избирательного права завершается подготовка к установлению социализма. Эберту и Шейдеману при поддержке лидеров Независимой социал-демократической партии удалось обмануть массы, внушить им, что революция в Германии закончена.

       Источник: http://historic.ru/books/item/f00/s00/z0000183/st017.shtml

       Использованы материалы книги «Всемирная история» под редакцией Е. М. Жукова, И. И. Минца.

       Источник: http://historic.ru/books/item/f00/s00/z0000183/st000.shtml

 

       ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…

Александра Кузмиди.

Комментарии

Виктор Иванович 30.04.2023, 20:15
Только потому что затыкают всем рты, я официалам не верю от слова совсем. Если им нечего скрывать и они говорят правду, то зачем бояться тех, кто занимается исследованием истории? Раз такая опасность преследования людей существует, значит истина далеко не за официальными СМИ, науки.
ответить
Зинаида ⇒ Виктор Иванович01.05.2023, 21:27
Когда системе нечего сказать в ответ или нечего ответить на поставленные вопросы, она придумывает ничего иного, кроме как заткнуть рот.
Ответить
Есаул 30.04.2023, 23:52
Интересный анализ прошлого, жаль много убрали, но прекрасно понимаю причину.
ответить
Добавить комментарий
Внимание! Поля, помеченные * - обязательны для заполнения