Главная » Казаки » СВЯТОЙ ПАТРИАРХ ГЕРМОГЕН (МАКСИМОВ), ЕГО ДЕЛО И НАСЛЕДИЕ. ЧАСТЬ 1.

СВЯТОЙ ПАТРИАРХ ГЕРМОГЕН (МАКСИМОВ), ЕГО ДЕЛО И НАСЛЕДИЕ. ЧАСТЬ 1.

06.12.2021 15:11

       К нам в редакцию пришёл интересный материал. Предупреждение - данный цикл статей не преследует никакой цели, кроме цели не преследовать никакой цели. Автор не призывает к чему-либо или ненависти к кому-либо. Есть собственное субъективное и оценочное мнение, которое разрешено высказывать любому гражданину страны. Насколько данные аргументы совпадают с действительностью, нам не известно и скорее всего это не истина в последней инстанции, а эмоциональная разгрузка человека, который переживает за бытие в целом. Мы не берёмся давать оценку в связи с новым пакетом законопроекта И. А. Яровой.

       «Во времена всеобщей лжи говорить правду - это экстремизм» - (Джордж Оруэлл).

       Мы не можем ни подтвердить, ни опровергнуть данных фактов. Информация взята из открытых источников. Всё что вы видите - это слухи и домыслы и нечего более. Редакция категорически не разделяет мнения автора. Данный текст создан в состоянии аффекта, так как автор очень впечатлительный человек с обострённым чувством справедливости и слишком близко к сердцу воспринимает чужое горе, поэтому многие его высказывания могут являться искажённым восприятием реальности. Всё является авторским личным оценочным суждением. Верить ему на слово, безусловно, не нужно ни в коем случае. Предлагаем читателям составить своё собственное не зависимое от авторского оценочного суждения - мнение о произошедшем.

       Донской казак Григорий Иванович Максимов родился 22 января (нового стиля) 1861 года, в станице Нагавской, 2 Донского округа Области Всевеликого Войска Донского. Григорий был рождён в православной семье нового обряда, его отец был псаломщиком, и Григорий также избрал для себя церковную стезю. Планируя сделаться (и сделавшись) женатым священником, Григорий Максимов совершенно не мог предположить предстоявшие ему необычайную духовную карьеру и широкое международное поприще. Будучи коренным донцом и патриотом Тихого Дона, он надеялся стать именно казачьим пастырем. Сбылось, однако, и то, и другое: и казачье пастырство, и международное поприще. Окончив церковноприходскую школу в родной станице, Максимов в 1872 году поступил в Усть-Медведицкое духовное училище, которое закончил в 1876 году по I разряду. В 1876-1882 годах обучался в Донской духовной семинарии в Новочеркасске, которую также окончил по I разряду и был назначен к поступлению в Киевскую духовную академию. В 1886 году окончил академию со степенью кандидата богословия. Тема диссертации:

       «Славяно-греко-латинская академия (в Москве) и отношение её к академии Киевской и представителям нового направления русской литературы».

       15 июня 1887 года Григорий Максимов был назначен псаломщиком Петропавловской церкви в Старочеркасске - прежней столице Всевеликого Войска Донского. Кратковременная служба псаломщиком являлась для образованного выпускника своего рода стажировкой. 4 декабря того же 1887 года он был рукоположен во иерея. Сначала служил в Троицкой церкви, а 5 июля 1888 года переведён в Вознесенский кафедральный собор Новочеркасска.

       Следует особо подчеркнуть, что церковные службы совершались тогда во временном деревянном соборе (а каменное здание кафедрального собора возводили, со всеми приостановками и двумя обрушениями, ровно 100 лет). В 1889 году Максимов был назначен законоучителем и инспектором классов Донского епархиального женского училища, и членом Новочеркасского отделения Донского епархиального училищного совета. В 1892 году - наблюдателем церковноприходских школ города Новочеркасска. А 19 марта 1894 года назначен смотрителем своего родного Усть-Медведицкого духовного училища.

       При закладке училищного храма Максимов произнёс торжественную речь, опубликованную в «Донских епархиальных ведомостях». С 1896 года он был председателем Усть-Медведицкого отдела Донского епархиального училищного совета. В 1902 году, по приглашению архиепископа Владимира Сеньковского, Григорий Максимов уехал на Кавказ, где 1 ноября 1902 года стал настоятелем кафедрального собора во Владикавказе - столице Терского Казачьего Войска. 14 ноября 1902 года он был возведён в сан протоиерея; с 4 декабря того же года - штатный член Владикавказской духовной консистории. В 1904 году назначен председателем совета Владикавказского епархиального женского училища. В 1905 году Григорий Максимов произнёс проповедь против охвативших почти всю империю революционных выступлений (в которых активно участвовали большевики). В том же году скончалась его супруга, оставив мужу шестерых детей - от одного года до шестнадцати. Григорий Максимов в одиночку вырастил детей, все они получили образование. В 1906 году Григорий Максимов был определён смотрителем Владикавказского Духовного училища, но в том же году назначен ректором Саратовской духовной семинарии. 21 августа 1909 года Григорий Максимов постригается в монахи под именем Гермоген, 23 августа того же года был возведен в сан архимандрита. А 9 мая 1910 года в Троицком соборе Александро-Невской Лавры Гермоген был хиротонисан в сан епископа Аксайского, викария Донской епархии. И вернулся в родные края.

       Вообще же, большая часть до монашеской духовной карьеры Максимова прошла на исторических казачьих землях, будь то Области Всевеликого Войска Донского, Терского и Волжского Войск (Владикавказ и Саратов, соответственно), а также Казацкой Гетманщины (которой принадлежал Киевский округ при Богдане Хмельницком). Здесь приобрёл он драгоценные знания и опыт, очень пригодившиеся в дальнейшем, здесь Гермоген многократно мог удостовериться в существовании особого казачьего менталитета. Притом, что в конце XIX - начале ХХ века многие русские политики и чиновники (как широко известные, так и анонимные) экстраполировали полную ассимиляцию казачьего народа: ставя при своём антинаучном посыле подлую цель, с гибельными последствиями. К примеру, в 1906 году вышел циркуляр Военного министерства, по которому духовенство казачьего происхождения в ряде станиц лишалось земли на том основании, что:

       «Принявший священный сан выбывает из казачьего сословия».

       Это была циничная подножка, обездоливавшая (в числе прочих) и детей епископа Гермогена (в скобках отмечу, что данный циркуляр едва ли исходил непосредственно от тогдашнего военного министра А. Ф. Редигера, в целом благожелательного к казакам). В Новочеркасске взорам епископа Гермогена предстал каменный Вознесенский собор, 5 лет тому назад достроенный и освящённый. Который стал третьим по величине православным храмом России. Все купола его были покрыты червонным золотом, а изготовленный в Чехии главный крест инкрустирован горным хрусталем. Отныне в свете яркого солнца кресты и купола собора были видны на много километров. И кафедральный собор уже получил прозвание: Второе Солнце Дона! Здесь Гермогена встретил его старый и новый начальник - архиепископ Владимир Синьковский; прежде окормлявший Северо-Восточный Кавказ, а с 16 сентября 1908 года - Область Всевеликого Войска Донского. 4 (17) октября 1911 года здесь произошло событие общедонского значения: епископ Гермоген возглавил церемонию перезахоронения в Нижнем Покровском храме Вознесенского собора останков четырёх донских героев и архиепископа Донского и Новочеркасского Иоанна Доброзракова.

       «День 4 октября 1911 года в летописях Дона останется навсегда. В этот день Войско Донское торжественно чествовало память своих героев: Войскового Атамана графа М. И. Платова, генерал-адъютанта графа В. В. Орлова-Денисова и генерал-лейтенантов И. Е. Ефремова и Я. П. Бакланова» - сообщали «Донские областные ведомости».

       Ровно в 8 часов утра на вокзал прибыл траурный поезд. Как только гробы вынесли из вагона, в соборе и в монастырской церкви начался погребальный перезвон колоколов. Процессия медленно двинулась по Крещенскому спуску к Вознесенскому собору. За гробницами следовало духовенство, Войсковой Наказной Атаман Павел Иванович Мищенко (днепровский казак, герой Хивинской, Русско-турецкой, Китайской и Японской войн), донские офицеры и чиновники. На соборной площади стояли войска в пешем и конном строю, учащиеся учебных заведений. Пять гробов внесли в собор. Когда епископ Гермоген отслужил литургию, их перенесли в церковь Покрова Пресвятой Богородицы и опустили в саркофаги. Одномоментно раздались орудийные и ружейные залпы!

       «Пусть память этих славных сынов Дона передается и свято хранится в отдалённом потомстве донского казачества, пусть у могил их молодые поколения учатся так же, как эти герои, горячо и беспредельно любить родной край свой, пусть у прахов этих героев донцы черпают вдохновение на верную службу Царю и Отчизне» - написал в своей книге «Герои Дона» будущий Походный и Войсковой Атаман Петр Харитонович Попов.

       На другой день с южной стороны собора, вновь при огромном стечении народа, открыли памятник легендарному герою Кавказской войны Походному Атаману Бакланову, перевезённый из Санкт-Петербурга вместе с его останками. Теперь Вознесенский кафедральный собор с трёх сторон окружён был памятниками знаменитым казачьим героям: Ермаку Тимофеевичу (1904 год), Матвею Ивановичу Платову (1853 год) и Якову Петровичу Бакланову (1878 год). Наперекор подленьким интригам ассимиляторов - донские казаки утверждали себя! В мае 1914 года епископ Гермоген был приглашён в Москву и принял участие в торжественном переложении мощей Святого Патриарха Гермогена в новую раку в Успенском соборе Московского Кремля. Так символически встретились два Гермогена. Два донских казака. Два Патриарха! 11 июля 1914 года архиепископ Владимир Синьковский был, согласно его прошению, уволен на покой, с правом управления Московским Заиконоспасским монастырём. А в Новочеркасск взамен был прислан его тёзка: архиепископ Владимир Путята, давно уже успевший прославиться своими любовными похождениями. С самого начала I Мировой войны епископ Гермоген неделями ездит по хуторам и станицам, укрепляет дух мобилизованных казаков, помогает их семьям, успокаивает, проповедует, собирает пожертвования. В силу частой смены Донских архиепископов, сама судьба выдвигала викарного епископа Гермогена в Главные пастыри Тихого Дона.

       5 декабря 1914 года в Новочеркасск приехал Николай II. Первым делом он, согласно его дневнику, посетил «новый громадный собор». При большом стечении народа на соборной площади, Государя, подъехавшего к паперти на автомобиле, встретило всё новочеркасское духовенство. Гермоген и Владимир вручили ему 20 тысяч рублей, собранные в донских приходах на нужды действующей армии. После торжественной службы Николай II посетил несколько лазаретов и госпиталей, где лично наградил раненных казаков, а затем побывал в Донском кадетском корпусе. Возможно, что 5 декабря произошла первая и единственная встреча епископа Гермогена с Николаем II. Оба они стяжали венец святости. Но, похоже, что в разные периоды своей жизни Владыка по-разному относился к Государю. Между тем, под давлением донского общественного мнения, Синод 10 января 1915 года произвёл ротацию. Переведя Владимира Путяту на Пензенскую кафедру, что было явным понижением. Архиепископом же Донским и Новочеркасским стал Митрофан Симашкевич, прежний епископ Пензенский и Саранский. Он был уроженцем и краеведом Подольской губернии (древней страны казаков-болоховцев). В до монашеской период своей жизни, в 1884-1905 годах, Симашкевич служил в Новочеркасске, в ту пору могло состояться и его знакомство с Григорием Максимовым.

       Гермоген ввёл своего очередного начальника в курс огромной благотворительной работы, которую вела Донская епархия. В 1915 году архиепископ Митрофан утвердил устав Богородично-Введенского братства вспомоществования нуждающимся воспитанницам епархиального женского училища, председателем братства стал епископ Гермоген. 25 августа 1915 года, в связи с наплывом беженцев на Дон, был учреждён епархиальный комитет «по устройству быта беженцев и для попечения о военнопленных православного и греко-униатского исповедания», под председательством Митрофана Симашкевича. А епископ Гермоген в 1916 году отправился на фронт, где посетил несколько Донских казачьих полков и благословил их доблестную боевую работу. I Мировая казалась тогда необычайно суровым испытанием. Но судьба готовила нечто более страшное. В ноябре 1916 года Гермоген участвовал в торжественном открытии Высших женских богословско-педагогических курсов в Москве. А потом события закрутились. Трудно с абсолютной достоверностью сказать, как воспринял епископ Гермоген начало Февральской революции. Но в телеграмме обер-прокурору Синода Митрофан Симашкевич и Гермоген Максимов выразили:

       «Совершенную готовность своим горячим пастырским словом разъяснять народу, что смена власти произошла для его блага».

       В эти же дни на заседании градского пастырского собрания духовенства и мирян Новочеркасска была озвучена идея созыва Чрезвычайного епархиального съезда - «первого в летописях Дона свободного собрания духовенства и мирян». Донской чрезвычайный епархиальный съезд начал свою работу 26 апреля 1917 года в Новочеркасске, в здании Донского епархиального женского училища. Участвовало более трёхсот делегатов. Съезд был санкционирован священноначалием, однако первые лица - архиепископ Митрофан Симашкевич и викарный епископ Аксайский Гермоген Максимов на его заседаниях не присутствовали. Исполняющий должность Войскового атамана полковник Евгений Волошинов поставил на съезде вопрос о необходимости оказать помощь жителям Донской области, пострадавшим от наводнения в апреле 1917 и о сборе пожертвований на сооружение памятника свободы в городе Новочеркасске. В обоих случаях съезд постановил «произвести сборы». На аналогичных съездах во многих епархиях были переизбраны епархиальные архиереи, так было в Петрограде и в Москве. Однако, на съезде в Новочеркасске полномочия Митрофана Симашкевича и Гермогена Максимова были подтверждены. Съезд приветствовал свержение монархии, призвал паству Донской епархии к продолжению войны до победного конца и к послушанию Временному правительству. 18 апреля 1917 года на главной площади Новочеркасска, у памятника Атаману Ермаку, прошёл первомайский митинг (так как это было 1 мая по новому стилю). Присутствовали Митрофан Симашкевич и Гермоген Максимов. В новочеркасской газете «Вольный Дон» (№ 12, 1917) была процитирована праздничная речь епископа Аксайского Гермогена:

       «За народ пострадал и Исус Христос, и с воцарением свободы начинается истинно Христово воскресение. Засияло солнце радости и наступит благоденствие мира!».

       Однако, епископ Гермоген был решительным противником немедленного мира, за который теперь уже в открытую агитировали большевики. Он неизменно призывал свою паству к мужеству, к продолжению войны до Победы, и вплоть до 31 августа 1917 года был лоялен Временному правительству. 18 июня (1 июля) 1917 года Войсковой Круг, собравшийся в Новочеркасске, избрал генерала-от-кавалерии Алексея Максимовича Каледина Войсковым Атаманом Всего Великого Войска Донского. Избрал - «по праву древней обыкновенности», прерванной более двухсот лет тому назад. Гермоген Максимов и Митрофан Симашкевич сочувствовали выбору донцов. Они отслужили молебен в Вознесенском войсковом соборе и благословили Войскового Атамана Каледина на труды во благо казачества. Характерно, что в тот же день в Петрограде большевики организовали пораженческую демонстрацию, под лозунгом:

       «Смерть врагам народа корниловцам и калединцам! Да здравствует советская власть!».

       А епископ Гермоген вскоре же совершил объезд донских приходов и монастырей. В своих проповедях он призывал казаков к возрождению и защите отчизны, к деятельной поддержке суверенитета Донского войска и Атамана Каледина. 8 августа 1917 года Гермоген председательствовал на епархиальном избирательном собрании, посвящённом созыву Всероссийского Поместного собора в Москве. Делегатом собора был избран Митрофан Симашкевич. 25 октября 1917 года Атаман Каледин выступил с обращением, в котором объявил захват большевиками власти в Петрограде преступным, и заявил, что впредь, до восстановления законной власти в России, Войсковое правительство принимает на себя всю полноту власти в Донской области. А 27 октября объявил в Области Всевеликого Войска Донского военное положение. Епископ Гермоген призвал казаков к защите Атамана и Круга, к эффективной обороне Новочеркасска. И к усиленным молитвам! 26 ноября 1917 года епископ Гермоген произнёс горячую речь над гробами двадцати донских партизан, павших в боях с большевиками. Вечером того же дня, в Вознесенском войсковом соборе, Гермоген объявил анафему большевикам и их прихвостням:

       «Как слугам дьявола»!

       Да, не Митрофан Симашкевич, не номинальный глава Донской епархии (который, кажется, ещё не вернулся из Москвы) - но викарий Гермоген Максимов, местный казак, истинный казачий пастырь, анафематствовал безбожных большевиков. И это почти за 2 месяца до анафемы Патриарха Тихона Белавина (который, кстати, в своём знаменитом тексте упомянул большевиков лишь в неявной форме). Однако ж, голос епископа Аксайского не был услышан ни иногородними донскими крестьянами, ни даже такими изменниками из казачьей среды, как Голубов, Миронов, Подтёлков и Кривошлыков. Хотя все они, вроде, были крещёными людьми. 3 декабря 1917 года епископ Гермоген собрал градское духовенство и приходские советы на пастырское собрание, где предложил духовенству и мирянам обсудить меры и способы:

       «Какие можно предпринять к умирению страстей и прекращению междоусобной брани».

       В итоге, было принято решение совершить крестный ход вокруг Новочеркасска, с произнесением проповедей на перекрестках и площадях. Крестный ход должен был продолжаться 5 дней - с 4 по 8 декабря 1917 года. Обращаясь к духовенству и прихожанам перед началом крестного хода, епископ Гермоген указал на недавние страшные события в Ростове и Нахичевани, где:

       «Произошло грандиозное сражение между большевиками - и казаками, кадетами, юнкерами, восставшими против большевиков».

       Здесь кто-нибудь захочет подправить Гермогена, что это ведь большевики восстали против законной Донской власти. Однозначно - так. Но можно предположить ход мысли святителя: История повторяется. Атаман Каледин - юридический наследник Атамана Булавина. И тому, и другому пришлось восстать против безбожной тирании, тянущей жадные щупальца к Вольному Дону! Крестный ход, организованный епископом Гермогеном, привлёк большое количество жителей Новочеркасска. Как вспоминал протоиерей Захария Лобов (будущий священномученик):

       «В последний день погода была плохая, дул ветер и шёл густой снег, но, несмотря на дурную погоду, народ густыми толпами сопровождал крестный ход!».

       Между тем, положение становилось всё более тяжёлым. Со всей очевидностью выявилась геополитическая незащищённость Области Всевеликого Войска Донского, даже в рамках созданного по инициативе Каледина Юго-Восточного Союза. К 1917 году Донская держава не имела ни укреплённых границ, ни рокадных дорог. Ни даже абсолютного казачьего большинства. Отсюда-то и проистекала отмеченная многими мемуаристами растерянность казачьей массы перед нежданной угрозой от враждебной массы иногородних. Основные вооружённые силы большевиков дислоцировались в Центральной России, и буфером между ними и Доном какое-то время была Украина, владевшая Харьковским железнодорожным узлом.

       «Центральной Рада разрешала Каледину переброску казачьих частей с фронта на Дон и отказываясь пропустить советские войска против Каледина, благодаря чему Совет Народных Комиссаров ультиматумом от 3 декабря 1917 года объявил войну Раде. В начале января 1918 года Киев был взят советскими войсками. Рада бежала и вернулась только под защитой немецких штыков, оккупировавших Украину» - писал Л. Д. Троцкий.

       26 января (8 февраля) 1918 года Атаман Каледин созвал расширенное совещание Донского правительства. Участники констатировали невозможность, при столь неравных силах, отстоять Новочеркасск - и предлагали эвакуировать правительство и Войсковой Круг в станицу Семикаракорскую или Константиновскую:

       «Новочеркасск расположен слишком на отлёте; а непосредственное общение Атамана с центральными станицами может исправить дело».

       Но Каледин решил твёрдо:

       «Я считаю недопустимым для Атамана бежать из столицы Донского края и скитаться по станицам. Если ничего не выйдет, то я погибну здесь, в Новочеркасске!».

       И через три дня Донской Атаман Алексей Максимович Каледин (как принято считать) покончил с собой. Однако, епископ Гермоген считал факт его самоубийства недоказанным, и позднее в своём Афонском послании он писал:

       «Преждевременною насильственною смертью погиб лучший сын Дона, его народный герой Атаман А. М. Каледин и грязной волной большевизм захлестнул всю Донскую землю!».

       При захвате Новочеркасска большевиками, 12 февраля 1918 года, епископ Гермоген был схвачен и заключён под стражу вместе с Атаманами Назаровым и Волошиновым, и архиепископом Митрофаном Симашкевичем. Но вскоре он был переведён под домашний арест с усиленной охраной. После казни Донских Атаманов, большевики собирались на следующий день казнить епископа Гермогена. Однако, 27 февраля, в ночь перед расстрелом верные казаки выкрали Гермогена из дома, а затем укрывали его в ближайших станицах, перевозя с места на место. Большевики же в бессильной злобе объявили, что «накрошат мяса из архиерея». В конце марта 1918 года епископ Гермоген присоединился к Кривянскому белоповстанческому отряду войскового старшины Михаила Алексеевича Фетисова. На рассвете 1 (14) апреля 1918 года его отряд вступил в Новочеркасск и атаковал красных оккупантов, которые бежали в Ростов. Вместе с храбрыми фетисовцами вернулся в казачью столицу епископ Гермоген! Правда, уже 17 апреля 1918 года Фетисов был вынужден покинуть Новочеркасск под напором численно превосходящих краногвардейцев. Но ненадолго! Отступив на ближние острова у Заплавской станицы, Фетисов провёл перегруппировку повстанческих сил и закрепился на островах. 22 апреля 1918 года казаки-фетисовцы нарекли делившего с ними все тяготы Гермогена казачьим архипастырем Всевеликого Войска Донского. 23 апреля 1918 года к фетисовцам присоединился вернувшийся из Сальских степей отряд Походного Атамана генерала П. Х. Попова, завершившего свой легендарный Степной поход 24-26 апреля 1918 упорными боями за Новочеркасск. А пришедший из Румынии отряд полковника М. Г. Дроздовского помог очистить Донскую столицу от большевиков! И 26 апреля епископ Гермоген отслужил праздничную литургию в Войсковом соборе. 28 апреля (старый стиль) общее собрание членов президиума Временного Донского правительства и делегатов от станиц и войсковых частей объявило себя Кругом спасения Дона. Владыка Гермоген открыл молитвою заседание Круга.

       3 мая 1918 года Круг Спасения Дона избрал Донским атаманом генерала Петра Николаевича Краснова и принял его программу создания суверенной Донской республики, которая получила официальное имя «Всевеликое Войско Донское». Владыка Гермоген благословил Петра Краснова на атаманский пернач. Круг спасения Дона провозгласил Гермогена Максимова епископом Донской армии и флота. В тех чрезвычайных обстоятельствах постановление Круга было абсолютно легитимным. Оно не было опротестовано архиепископом Митрофаном Симашкевичем, а пленённый большевиками Патриарх Тихон Белавин не имел технической возможности санкционировать или не санкционировать назначение. В Российской империи главным священником армии и флота был протопресвитер всего лишь в сане протоиерея - однако ж, 3 мая 1918 года Дон официально отделился от Российской империи. То есть: ни одна инстанция (ни церковная, ни гражданская) не опротестовала и не могла бы опротестовать провозглашение Гермогена епископом Донской армии и флота! В новом качестве Гермоген продолжил свою прежнюю практику посещения фронтов. Он обращался к казакам и казачкам с проповедями и воззваниями, помогал церковными доходами организации Молодой армии ВВД и без устали призывал донцов держаться старых заветов и защищать своё возрождённое государство.

       ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…

Материал предоставил Александр Дзиковицкий.

Комментарии

Хирург 08.12.2021, 16:18
Как же ты Дзиковицкий задолбал своей антисоветчиной. Вы поганцы, сколько народа погубили за 300 лет самодержавия? В сотни раз больше. Жаль, добрые были большевики и мало вас репрессировали, иначе бы Дзиковицкий, тебя и твоей банды казачьей не было. Тьфу на вас.
ответить
Александр из Германии 08.12.2021, 17:01
Поддерживаю Хирург.
ответить
Понтий Пилат 08.12.2021, 23:10
Белая мразь, и сейчас пожинаем плоды.
ответить
Добавить комментарий
Внимание! Поля, помеченные * - обязательны для заполнения