Главная » Казаки » КАЗАЧЬИ ПРЕДКИ. ЧАСТЬ 4.

КАЗАЧЬИ ПРЕДКИ. ЧАСТЬ 4.

06.12.2018 22:24

       Скифы - это одно из киммерийских племён (или наоборот, киммерийцы - одно из скифских племён, разницы практически никакой), которое сформировалось на Алтае - восточной окраине Большой (евразийской) Киммерии. Их греческое имя «скифы» относилось первоначально к обитателям волго-уральских и донских степей, тогда как «киммерийцами» считались родственные им жители Причерноморья. Киммерийцы доминировали в Северном Причерноморье почти 500 лет (с XII-XIII веков до Рождества Христова), пока их не потеснили родственные им племена скифов, в свою очередь гонимые тоже родственными кочевыми племенами хиунг-ну (гуннами) с их общей прародины (юга Сибири и Урала, а также прилегающих к ним степей нынешнего Казахстана). Родство киммерийцев и скифов подтверждается сходством культур, идентичностью межплеменных отношений и тактикой ведения боевых действий. Некоторые древнегреческие авторы вообще считают их одним народом. Если киммерийцы (древние скифы) не были первыми, кто одомашнил лошадь, то они были одними из первых, если не первыми из кочевых народов, которые научились ездить верхом. Это был период массового переселения народов и племён с запада на восток и с востока на запад. Вероятно, была какая-то широко распространённая причина для таких миграций. История перекрёстных половых контактов и генетического взаимовлияния существенно повлияла на этническое содержание и антропологический облик более поздних потомков скифо-сарматов. Родственная связь природных скифов западной части Великой Степи с тюркской основой позволяет относить скифских предков и их самих к тюркам, но последовавший затем мощный приток славянской крови так же сильно и кардинально «ославянил» их. Такое слияние скифов со славянской «прививкой» дало тот сплав, который ныне зовётся «казаками» или «казачеством». Гораздо меньшим оказалось влияние славянской составляющей на другую живую скифскую ветвь - на аланов Северного Кавказа, что предопределило столь заметное сегодня обособление казаков от балкарцев и карачаевцев - тоже скифских потомков. До 1700-х годов скифы были известны в Европе только из произведений античных авторов. Общепринятыми были представления, что скифы Геродота были предшественниками тюрков, а тюрки разошлись на другие прочие ветви. Эта информация не была основана на археологических находках и артефактах, антропологических измерениях, или биомаркерах современной науки. В итоге до нас дошло, что киммерийцы и скифы были каким-то образом связаны между собой, что скифы и сарматы были каким-то образом связаны между собой, что на западном направлении скифы и сарматы были каким-то образом связаны с гуннами и аварами, а затем с булгарами и беченами (печенегами), потом с кыпчаками (половцами) и огузами (гузами, торками), и, наконец, с татарами. На южном направлении это были ашгузай и саки, затем саки и хуна или хиониты, затем хуна, масгуты и савиры. На восточном направлении мы имеем кангаров, хуннов (гуннов), усуней, тохаров и тюрков в целом или на уровне племён. Иначе говоря, киммеро-скифы - это западная ветвь множества племён прототюрков.

       И резюме. Откуда же вообще пошло слово «скиф»? Этим собирательным определением древние греки называли хорошо им знакомые многочисленные тюркоязычные племена. А поскольку эти племена были всё-таки разные и имели свои особые названия, то потому и менялись названия всех тех тюрок то на сарматов, то на аланов, то на гуннов, то на булгаров, то на аваров, то на хазаров, то на гузов. В зависимости от того, какое из них в какую-то конкретную эпоху привлекало к себе особое внимание других народов или выходило на первые роли. Постоянно появляющиеся новые научные открытия всё больше и больше подтверждают картину широкого распространения по всей Евразии кочевого этноса скифов-тюрков и его огромнейшего влияния на формирование европейских народов, к числу которых относится и казачий. В 2017 году было опубликовано очередное открытие. Немецкие учёные из института Макса Планка и Университета Тюбингена частично восстановили геном 90 египетских мумий (то есть, представителей правящего класса Древнего Египта) возрастом от 3 500 до 1 500 лет. Проанализировав, они пришли к выводу: одни из них были «чистыми» тюрками, другие - выходцами из южной Европы, Закавказья и Ближнего Востока, куда также на протяжении многих веков волнами проникали скифы.

       В заключение данной статьи я должен сказать, что даже не надеюсь, что по прочтении её, а также и тех двух статей, о которых я упоминал вначале, убеждённые противники любых взглядов, которые входят в противоречие с их собственными, согласятся с моими доводами о том, что одним из корней Казачьего Народа является скифский. Как сказал один человек, разубедить того, кто твёрдо знает, что земля покоится на спинах трёх слонов, невозможно. Поэтому смысл написания мною вышеприведённого текста - это дать пищу для размышлений тем, кто способен думать и воспринимать что-то новое, если это новое аргументировано и логично, хотя и не согласуется с его прежними устоявшимися воззрениями. Сарматы - те же скифские предки казаков. Каждый народ начинается со знания своей истории, и каждый род начинается со знания человеком истории своего рода. И так же каждый народ и каждый отдельный род заканчиваются тогда, когда они забывают свою историю.

       Умозаключение автора статьи.

       Этноним «сарматы» до известной степени условен. Савроматы (позднее сарматы) включали в себя сираков, языгов, роксаланов, аорсов и другие менее известные большие и малые племенные объединения. Все они говорили практически на одном языке, вели сходный образ жизни, первоначально образовывали один территориальный массив и, кроме того, были очень близки друг к другу в культурном отношении. Около 600 года до Рождества Христова савроматы расширили свою сферу влияния на западе, выйдя к Дону. Дон стал восточной границей скифского царства. Савроматы шли из Южного Приуралья и с земель к северу от Арала к Дону «по следам скифов». Здесь, в волго-донских степях и сложилась за несколько столетий их цивилизация, родственная скифской. Не только различий собственно в этническом смысле не было, но и культуры их обнаруживают большое сходство. Отличалась только социально-политическая организация. Что же заставило савроматов начать движение из прежних мест обитания на запад? Перенаселённость в условиях ведения экстенсивного кочевого скотоводства, требующего периодических передвижений на значительные расстояния, а также колебания в степени увлажнения Великой Степи вынуждали савроматов к освоению новых земель. В V-IV веках до Рождества Христова савроматы ещё были мирными соседями Скифии. Скифские купцы, направляясь в восточные страны, свободно проходили через сарматские земли. Но примерно с 400 года до Рождества Христова в степях началась «сарматская эпоха», хотя ослабевшее от натиска савроматов скифское государство ещё два века продержалось в Причерноморье и ещё несколько столетий - в Крыму. Агрессивная воинственность молодого савроматского союза совпала по времени с ослаблением Скифского царства. В III веке до Рождества Христова дружественные отношения савроматов и скифов сменились враждой и военным наступлением на Скифию. Савроматы двинулись из-за Дона в Северное Причерноморье.

       Как раз в это время зарождаются племенные образования восточного славянства, формируется население, говорившее уже по-славянски, а не на общем балто-славянском языке. Славянские земли так же, как и скифские, подверглись натиску врагов. С востока, из-за Дона, сюда продвинулись кочевые орды савроматов. Поскольку у савроматов во главе племён нередко стояли женщины-вожди, в древних славянских сказаниях часто говорится о борьбе народных богатырей с Бабой-Ягой, возглавлявшей степное воинство. Савроматы проникли вглубь северной лесостепной зоны. Археологи обнаружили здесь следы военного разгрома ряда славянских поселений и городищ-крепостей. Согласно Геродоту, савроматы произошли от брака скифских юношей с амазонками, причём разговаривали на скифском же языке, но «слегка испорченном». Это значит, что скифы и савроматы были, в сущности, одним и тем же народом, различаясь лишь территориально-политическими объединениями. Вскоре савроматы становятся сарматами. Это произошло то ли от простого переименования, то ли от превалирования в савроматском племенном союзе племени с названием сарматы. С III века до Рождества Христова этническое название «сарматы» становится широко известным античному миру. Миграция сарматов на запад в III-I веках до Рождества Христова была наиболее крупной и связанной с политической активностью племенных союзов во главе с языгами, роксаланами и аорсами. К рубежу нашей эры эта миграция завершается установлением полного господства сарматов в Северном Причерноморье, которое из Скифии римскими писателями переименовывается в Сарматию. Сарматы - это воинственные кочевники, которые, по меткой характеристике Тацита (I век нашей эры), «живут на повозке и на коне» и которых более поздний (V век нашей эры) историк Эннодий упоминает как извечных номадов, «переселяющихся с места на место». Следует признать, что характеристика Тацита и Эннодия, приложимая к позднесарматским-раннеаланским племенам, исторически вполне реальна. Кочевое хозяйство требовало частого (сезонного) передвижения с места на место для использования лучших пастбищ для скота. Поэтому племена сарматов (а позднее аланов) находились в постоянном движении в пространстве степей от Урала до Дуная. Нетрудно представить себе движущуюся по бескрайней равнине кочевую сарматскую вольницу: окутанные тучами пыли стада, охраняющие их дозорами конные воины с длинными мечами и тяжёлыми копьями в руках, женщины и дети с их нехитрым скарбом в покрытых шкурами и войлоком повозках на скрипучих деревянных колёсах. Сосланный императором Августом на северо-западный берег Чёрного моря в город Томи в 8 году нашей эры знаменитый римский поэт Овидий Насон с тоской и страхом описывает в своих «Печальных песнях» сарматов под городом:

       «Враг, сильный конём и далеко летящей стрелою, разоряет соседнюю землю. Савроматский волопас уже не гонит скрипучих повозок».

       «Отец географии» Страбон (I век нашей эры) рисует ещё более колоритную картину жизни сарматов:

       «Их войлочные палатки прикреплены к кибиткам, в которых они живут. Вокруг палаток пасётся скот, молоком, сыром и мясом которого они питаются. Они следуют за пастбищами, всегда по очереди выбирая богатые травой места, зимой - на болотах около Меотиды, а летом - на равнинах».

       Так же характеризует быт сарматов Помпоний Мела. По Диодору Сицилийскому (I век до Рождества Христова) савроматы были колонией, когда-то выведенной скифскими царями из Мидии на Танаис (Дон). Савроматы оказались отделены от основной массы скифов довольно рано: ещё в священной книге зороастрийцев Авесте савроматы упоминаются под именем «сайрима» и называются кочевниками, «которые не знают власти верховных правителей». Действительно, савроматы отставали от соседних скифов в общественном развитии, у них к началу передвижения на запад ещё не было государства. Во главе савроматских племён стояли вожди, опиравшиеся на дружины из военной знати. Римский географ I века Помпоний Мела сообщал о сарматах, что они:

       «Племя воинственное, свободное, непокорное и до того жестокое и свирепое, что даже женщины участвовали в войне наравне с мужчинами. Сарматы не живут в городах и даже не имеют постоянных мест жительства. Они вечно живут лагерем, перевозя имущество и богатство туда, куда привлекают их лучшие пастбища или принуждают отступающие или преследующие враги».

       Помпоний Мела также добавляет, что сарматы - народ, весьма близкий к парфянам и по наружности, и по вооружению, но суровее их как по нравам, так и по климату занимаемой ими страны. Во время перекочёвок сарматы перевозили своих детей, стариков, женщин и имущество в кибитках. Жилищем сарматам служили шатры и всё те же кибитки. Сарматы были настолько воинственны, что через все Средние века в Польше просуществовало предание о завоевании и покорении местных славянских племён сарматами, которые и положили начало привилегированному сословию польских воеводств - шляхте. В период Речи Посполитой даже писались исторические труды о сожительстве в государстве двух разных по происхождению народностей, что потом было успешно использовано Российской империей, подстрекавшей белорусское и украинское население на национальное освобождение от «чужеземной сарматской шляхты». А сама Польша в средневековых трактатах и на географических картах нередко именовалась Сарматией. Скорее всего, за такой уверенностью стояло нечто большее, чем просто выдумка. Основой социальной организации савроматов являлись родоплеменные отношения. В их жизни особую роль играли женщины. Они могли быть вождями, жрицами и даже воинами. Это позволяет говорить о сохранении материнского счёта родства. Все границы не были стабильными и нередко нарушались соседями, что приводило к вооружённым стычкам и межплеменным войнам. Не удивительно, что у савроматов все мужчины были вооружены. Вооружёнными были и многие женщины. В савроматский период истории сарматов погребения женщин-воительниц с оружием встречаются наиболее часто и, по подсчётам специалистов, составляют до 20 % от всех женских захоронений. Повторимся ещё раз: племя савроматов имело со скифами очень схожее происхождение. Они вели почти одинаковый образ жизни, но только савроматские женщины ездили верхом, охотились и воевали вместе со своими сородичами-мужчинами, в то время как скифские женщины вели очень уединённую жизнь и не принимали никакого участия в мужских делах. У археологов нет сомнения в том, что женщины савроматов активно участвовали в бранных делах и были наездницами. Воинственность савромато-сарматских женщин поражала греческих колонистов Северного Причерноморья, непосредственно наблюдавших жизнь и быт окружающих варваров. Может быть, именно из-за этого скифы называли этих девушек «повелительницами мужчин». По одной из весьма правдоподобных версий, именно савроматские женщины в древнегреческом фольклоре и историографии получили название амазонок. Эта литературная традиция была воспринята Средневековьем, а на Кавказе продержалась до XVII века. В частности, согласно Гиппократу:

       «Их (савроматов) женщины ездят верхом, стреляют из луков и метают дротики, сидя на конях, и сражаются с врагами, пока они в девушках; а замуж они не выходят, пока не убьют трёх неприятелей, и поселяются на жительство с мужьями не прежде, чем совершат жертвоприношения. Та, которая выйдет замуж, перестаёт ездить верхом, пока не явится необходимость поголовно выступать в поход. У них нет правой груди, ибо ещё в раннем детстве матери их, раскалив приготовленный именно с этой целью медный инструмент, прикладывают его к груди и выжигают, так что она теряет способность расти, а вся сила и изобилие соков переходят в правое плечо и руку».

       Эта характеристика воинственных сарматок вполне соответствует литературно-фольклорным данным об амазонках. У многих древних кочевых народов, находившихся в стадии классообразования, военная организация сводилась к организации народа-войска, где каждый способный носить оружие был воином. Такая организация имелась у скифов и савроматов; благодаря ей последние были способны выставлять десятки тысяч бойцов. Подобные традиции жили в казачьей среде ещё в XIX веке. И женщины-казачки, при нападении врага на их поселения в то время, когда мужчины находились где-то в походе, сами умело организовывали оборону домашнего очага, беря в руки оружие. Сегодня мы может видеть нечто подобное организации народа-войска в армии Израиля, где призыву на военную службу подлежат все граждане еврейского государства, независимо от их пола. Савроматские традиции были живучи, и оружие часто встречается в женских погребениях IV-II веков до Рождества Христова. В более позднее время - у аланов - женские погребения с оружием уже не встречаются, поскольку аланские женщины в войнах не участвовали. Но в отдельных случаях сармато-аланские женщины, тем не менее, выступали как бойцы. Так, сарматская царица Амага совершила блестящий подвиг, победив царя крымских скифов (Полиен, II век нашей эры), а по свидетельству Флавия Сиракузского, восхваляющего деяния римского императора Аврелиана (215-275 годы), среди взятых римлянами пленных «были введены также десять женщин, которых он взял в плен, когда они в мужском убранстве сражались среди готов, причём многие другие были перебиты; надпись гласила, что они происходят из рода амазонок». Если скифы в поздний период своего владычества постоянно подвергались натиску со стороны эллинистического Средиземноморья, то сарматам удалось этот натиск не только отбить, но и сдержать на своих западных рубежах сильного врага в лице Римской империи. К середине или к концу III века до Рождества Христова территория Скифии подверглась значительному сокращению. Античные авторы сообщают о постоянных войнах крымских скифов с Херсонесом, Ольвией, Боспором, в которых скифы в конце концов, терпят поражение. И где-то в 190-180 годах до Рождества Христова Великой Скифии не стало. В 175 году до Рождества Христова сарматский царь Гатал установил полный контроль над всем Причерноморьем, сокрушив скифское царство (так что коллизия «скифы-киммерийцы» полностью повторилась). После завоевания значительной части Европейской Скифии (но завоеватели не стали до конца уничтожать родственников-скифов) сарматы приобрели славу одного из наиболее могущественных народов древнего мира. Но, как и в случае скифо-киммерийского конфликта, уничтожены были только верхние, загнившие элитарные структуры. «Простой скифский народ», скажем так, вошёл в состав нового общества. О мощи нового скифского (теперь уже в виде сарматского) этнического старта можно судить хотя бы по таким фактам: около 165 года до Рождества Христова асы (самоназвание скифо-сарматов) нанесли поражение кочевой державе гуннов, перед мощью которой трепетали даже всесильные китайские императоры. Около 130 года до Рождества Христова под их ударами пали Согд и Хорезм. Следом была завоёвана «златообильная» Греко-Бактрия. Асы-сарматы вышли к Каспию и могучие государства древности стали буквально валиться под копыта их боевых коней. Источники сохранили названия многих сарматских племён - аорсы, сираки, языги, роксаланы, массагеты, асии и так далее. Древнегреческий географ и историк Страбон свидетельствует, что аорсы и сираки:

       «Простираются на юг до Кавказских гор; они частью кочевники, частью живут в шатрах и занимаются земледелием».

       Далее Страбон дополняет эти сведения:

       «Эти аорсы и сираки являются, видимо, изгнанниками племён, живущих выше, а аорсы обитают севернее сираков. Абеак, царь сираков, выставил 20 000 всадников, Спадин же, царь аорсов, даже 200 000; однако верхние аорсы выставили ещё больше, так как они занимают более обширную область, владея почти, что большей частью побережья Каспийского моря. Поэтому они вели караванную торговлю на верблюдах индийскими и вавилонскими товарами, получая их в обмен от армян и индийцев; вследствие своего благосостояния они носили золотые украшения. Аорсы, впрочем, живут по течению Танаиса, а сираки - по течению Ахардея».

       Сведения Страбона достаточно достоверны и очень важны. Как видим, племя аорсов он помещает у реки Танаис-Дона, где ранее размещались упоминавшиеся Псевдо-Гиппократом и Псевдо-Скилаком савроматы. Итак, на рубеже нашей эры аорсы делились на верхних, и нижних. Верхние аорсы, жившие в междуречье Волги и Дона, Северном Прикаспии и Южном Приуралье, ведшие караванную торговлю, были богаче и многочисленнее. Нижние аорсы размещались южнее верхних и занимали большую часть равнинного Предкавказья восточнее сираков, включая Ставропольскую возвышенность, Северо-Восточный Кавказ и достигали предгорий Кавказского хребта. Если земли верхних аорсов в значительной части представляли сухие аридные степи (Заволжье, Северный Прикаспий), то земли нижних аорсов были благоприятнее и в изобилии давали корм для скота. Аммиан Марцеллин описывал некоторые военные обычаи сарматов. С самого рождения кочевники учатся верховой езде, постоянно тренируются, поклоняются мечу. У них считается счастливым тот, кто испускает дух в сражении. Также Марцеллин даёт описание обычая скальпирования врагов, и украшения этими скальпами сарматских лошадей. Сарматы редко появлялись перед врагами пешими. Они всегда были на конях. Корнелий Тацит писал:

       «Замечательно, что вся доблесть сарматов лежит как бы вне их самих. Они крайне трусливы в пешем бою; но, когда появляются конными отрядами, вряд ли какой строй может им противиться».

       Сарматы были очень ловкими воинами, у них было больше сноровки для разбоя, нежели для открытой войны. Сарматы проезжали огромные пространства, когда преследовали неприятеля или когда отступали сами, сидя на быстрых и послушных конях, и каждый вёл с собой ещё одну лошадь или две. Они пересаживались с лошади на лошадь для того, чтобы давать им отдых. Довольно часто античные авторы упоминают в своих работах об использовании сарматами аркана. Его использовали либо для захвата пленных, либо для сбрасывания всадника с коня. Сарматы-аорсы Южного Приуралья и Нижнего Поволжья были конными воинами, вооружёнными луками и стрелами с бронзовыми и железными наконечниками, а также железными мечами. Оружие дальнего боя - стрелы - они держали в плоских или цилиндрических колчанах, сделанных из дерева и кожи; число стрел в одном колчане доходило до 185. Следовательно, аорсский воин мог на скаку сделать почти 200 выстрелов из лука. Учитывая профессиональную тренированность и меткость, присущую всем степным воинам древности, мы поймём, какой грозной силой были эти подвижные и неуловимые конные массы сарматов, засыпавших врага тучей разящих стрел, а затем бросавшихся врукопашную и поражавших неприятеля длинными мечами и копьями. Так же, как и до них, скифам, сарматским воинам суждено было достичь полного успеха в своём предприятии и по причине их нового вооружения. Сарматы изобрели металлические стремена, что способствовало появлению в их армии подразделений тяжёлой кавалерии. На заре новой эры успехи металлургии и стремена позволили сарматским всадникам освоить новый тип вооружения, включавший тяжёлые и длинные обоюдоострые мечи, копья и шлемы. Греки называли этих всадников катафрактариями (именно из них впоследствии «выросли» средневековые европейские рыцари). Вооружение катафрактариев превосходило все современные аналоги, включая военное снаряжение римских легионеров. А об оборонительных доспехах катафрактариев, ранних видах пластрона (кожаного нагрудника), римские историки писали особо. Сарматы-воины были вооружены длинными пиками, носили панцири из нарезанных и выглаженных кусочков рога, нашитых наподобие перьев на льняные одежды. Главным оружием тяжеловооружённых всадников был контос («рогатина») - огромное копьё, достигавшее у сарматов длины, вероятно, 4-4,5 метра. Об этом копье пишет, например, Плутарх:

       «Ведь вся сила этой броненосной конницы - в копьях, у неё нет, никаких других средств защитить себя или нанести вред врагу, так как она словно замурована в свою тяжёлую негнущуюся броню».

       Удары такого оружия были страшными: древние авторы сообщают, что эти копья могли пронзить насквозь сразу двух человек. В бою контосом сарматы действовали, вероятно, двумя руками. Особенности вооружения катафрактариев определяли их тактику, приёмы боя и боевые порядки. Такая конница атаковала врага на лёгкой рыси сомкнутым строем. Именно в особенностях тактики и заключается основное отличие катафрактариев от других видов тяжёлой конницы. Защищённые доспехами от стрел, дротиков и других снарядов, катафрактарии представляли собой грозную силу и часто, опрокидывая врага длинными копьями, прорывали его боевые порядки. Имея неоспоримое преимущество в виде тяжёлой бронированной конницы, вооружённой ужасными копьями, крепившимися к лошадиной сбруе цепями, сарматы стали грозной силой тогдашнего мира. С помощью совершенного наступательного и оборонительного оружия, а также благодаря новой тактике боя, сарматы установили контроль, чуть ли не над всей Евразией. Выражаясь языком нашего времени, скифам нанесла поражение более современная армия, которая просто смела с поля боя своих противников. Нечто подобное мы видели совсем недавно в Сирии, когда американские самолёты и беспилотники просто искрошили крупную механизированную колонну российских наёмников из ЧВК Вагнера, даже не вступая с ней в контактное столкновение. Такая же серьёзная проблема дисбаланса военно-технического характера возникла и у римлян, противостоявших сарматам. Политические объединения сарматских племён заставили считаться с собой ближних и дальних соседей от империи Поднебесной до империи Римской. В III веке до Рождества Христова Северный Кавказ пережил мощное нашествие кочевых сарматских орд, двигавшихся на запад и юг. Сарматские передвижения, в отличие от предшествовавших им скифских походов через Кавказ, не были простыми набегами. Теперь целые племенные союзы кочевников навечно осваивали степи Предкавказья, избрав их постоянным местом своего проживания. Античные историки сохранили названия племенных групп сарматов, захвативших равнинные районы Предкавказья, которые они именуют «Сарматией» и «Сарматскими равнинами». В состав Сарматии (по Птолемею) вошли даже некоторые части будущих Пруссии и Польши, вся Украина, Европейская Россия, значительная часть Кавказа. Главное население Сарматии составляли кочевники.

       ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…

Александр Дзиковицкий, Всеказачий Общественный Центр.

Добавить комментарий
Внимание! Поля, помеченные * - обязательны для заполнения