Главная » История » СЕКРЕТНАЯ ИСТОРИЯ NASA - 15.

СЕКРЕТНАЯ ИСТОРИЯ NASA - 15.

14.12.2015 13:25

       Глава третья. Политические события.

       После объявления Бондурана процесс создания сериала продолжался без привлечения Хогленда (за исключением предоставления некоторых снимков и графики). Это была стопроцентная продукция НАСА-Льюис, которая готовилась к эфиру 6 января 1991 года. Затем, чуть менее чем за три недели до назначенной даты, 13 декабря 1990 года, Бондуран сообщил Хогленду плохие новости. По словам Хогленда, он «совершенно расстроенным голосом» мрачно заявил, что планировавшемуся сериалу «Марс Хогленда» перекрыли кислород, и его вызвали для доклада в штаб-квартиру НАСА в Вашингтоне с пленками, записями и графикой для программы. Когда Хогленд спросил, что случилось, Бондуран рассказал, что в Лаборатории реактивных двигателей каким-то образом «прознали про сериал» и устроили по этому поводу скандал в штаб–квартире. Позднее Хогленд получил подтверждение этой информации из источников в самой штаб–квартире.

       Что же произошло?

       Вероятно, проблемы начались с «Миссии Энтерпрайз» (Enterprise Mission). Вначале 90–х Хогленд начал свой собственный образовательный проект в Вашингтоне (округ Колумбия) в старших классах школы в Данбаре (Dunbar Senior High). Беззастенчиво позаимствовав мотив сериала «Звездный путь» у своего друга Жене Родденберри, проект U. S. S. Dunbar Хогленд и его коллеги помышляли для того, чтобы стимулировать интерес к науке учеников этой на 50 % чернокожей городской школы, сфокусировав их исследования на различных космических проблемах из сферы деятельности НАСА — например, телескоп «Хаббл», миссия «Магеллан» на Венеру, Марс. Эксперимент в Данбаре (расположенном прямо под Капитолийским холмом), послуживший прототипом для Национальной программы, должен был прояснить противоречивые вопросы, возникающие вокруг Лица и самой Сидонии.

       Этот образовательный проект, при посильном участии местных общественных добровольцев (в том числе, Кейт Морган из телепрограммы «Эй–би–си Ньюс» и всех членов ее семьи) впоследствии получил награду в номинации «Луч света» от собственного фонда президента Буша (41) с одноименным названием. Программа привлекла внимание Белого дома, и после нескольких месяцев переговоров U. S. S. Dunbar в октябре 1990 года получила шанс пригласить своего самого важного визитера — Барбару Буш, Первую леди США. Хогленд быстро отослал запись визита (снятую самими студентами) Бондурану и предложил включить ее в завершающую часть «Марса Хогленда», поскольку там были ссылки на эксперимент в Вашингтоне, упоминавшийся в «ночном» интервью, которое Бондуран брал за месяц до этого. Однако это только подлило масла в огонь. Похоже, упоминание о случайном появлении Первой леди, супруги Президента США, на проекте Хогленда, как бы одобрявшей идеи об искусственном происхождении развалин в Сидонии, было уж слишком для сотрудников Лаборатории реактивных двигателей. Вероятно, по этой же причине официальное представление Хогленда, которое 20 марта делал Клинберг, загадочным образом исчезло из официальной версии презентационной видеоленты НАСА-Льюис (в том числе и с копии, которую намного позже предоставили «Эй–би–си Ньюс»). Причина, по версии технического отдела Льюиса, заключалась в «одновременном выходе из строя все трех видеокамер». Таким же загадочным образом они включились, когда Хогленд начал говорить.

       В конце концов, Бондуран предоставил в НАСА-Льюис сериал, уменьшенный до получасовой программы с «говорящими головами», где также имелся «сбалансированный ответ» такой непредубежденной личности, как Майкл Карр (тот, кто, по сведениям двух «внутренних» источников в НАСА, «зарубил» более пространную версию сериала). Это не имело ничего общего с «плохим техническим качеством», как позднее будут заявлять в штаб–квартире НАСА. Все дело в том, что, как пишет в «Монументах» Хогленд, все происходившее на самом деле свидетельствует о правоте Хогленда, а не Познера. Хогленд совершенно не преувеличивал важность своего выступления в НАСА-Льюис, и, вероятнее всего, он был на полпути к официальному одобрению своей работы НАСА-Льюисом, пока не вмешалась Лаборатория реактивных двигателей. Все это произошло вскоре после следующей цепочки событий — выступление Хогленда в учреждениях НАСА, публикация «Послания Сидонии», своеобразное одобрение работы Хогленда различными организациями, связанными с Бушем–старшим; а затем дело приняло нежелательный оборот.

       НАСА, его различные субагентства и учреждения в ответ на нарастающую волну запросов общественности и Конгресса по поводу Сидонии противопоставляли саркастическую риторику, и даже откровенные фальсификации. Когда Хогленд и Эрол Торан рискнули обратиться с запросом в Конгресс, чтобы сделать фотосъемку Сидонии приоритетной задачей для следующей программы «Марс Обсервер», ответ не заставил себя ждать. Казалось, НАСА стремится избежать проверки гипотезы Сидонии любой ценой. В ответ на письма и запросы, в том числе и от конгрессмена Роберта Роя, председателя комитета Палаты представителей по науке, космосу и технологиям, выпускались различные документы, сделанные, вероятно, по образцу шедевра Карла Сагана в журнале «Parade». Помимо обычных ложных заявлений о существовании «опровергающих» фотографий Лица, появилось несколько более пространных официальных ответов. Самый выдающийся из них — анонимный документ из НАСА, озаглавленный «Технический обзор монументов Марса». Он стал первым в череде аналогичных заявлений учреждений и отделов НАСА и использовался агентством в ответах официальным и частным лицам как основание для того, чтобы не делать фотографирование Сидонии приоритетом. Доктор Стэнли МакДэниэл, специалист по эпистемологии, заслуженный профессор Государственного университета в Сономе, в своей книге «Очет МакДэниэла» по этому поводу сказал:

       «Этот меморандум не может серьезно рассматриваться как надежный научный ответ. Он относится только к небольшой части утверждений одной работы (популярной книги, не являющейся строго научным докладом). Вопросы, на которые этот меморандум отвечает, вырваны из контекста, в целом неверно интерпретированы, а сделанные заключения поверхностны и некорректны. Хотя документ характеризуется как технический отчет, он не заслуживает такого названия ни по каким критериям. Использование его в качестве официальной информации, которую НАСА предоставило в ответ на запрос конгрессмена, дает серьезные основания усомниться в честности агентства в данном вопросе».

       В конце концов, МакДэниэл выяснил, что автором этого документа является Пол Лоумен, геолог из Центра космических полетов Годдарда. То, что у него не хватило мужества открыто подтвердить свое авторство, наводит на определенные размышления. Отмена сериала «Марс Хогленда», снятого PBS, положило начало новым, более обостренным отношениям между НАСА, Хоглендом и независимыми исследователями. Предположительно это, имело какое-то отношение к новому направлению — программе НАСА «Марс Обсервер», которая следовала за «Викингом».

       «Марс Обсервер».

       «Марс Обсервер» был представлен в конце 80–х как станция следующего поколения после «Викинга». Миссия должна была стать первым за 20 лет беспилотным исследованием Марса с комплектом значительно усовершенствованных научных приборов. Однако исходные технические характеристики космической станции были весьма разочаровывающими для любого, кто искал решение проблемы Сидонии, начиная с того, что сначала в Миссии не была предусмотрена камера. Со временем проектировщики Миссии опомнились, и, в конце концов, было решено добавить камеру с разрешением один метр на пиксель и серой шкалой изображения. Это, однако, на самом деле было только началом проблем.

       Человеком, который должен был конструировать, настраивать и регулировать камеру, стал бывший сотрудник JPL доктор Майкл Малин. В числе прочих интересных занятий Малин однажды участвовал в проекте по анализу снимков предполагаемого НЛО печально известного «контактера» Билли Мейера. В этом проекте Малин, в то время бывший адъюнкт–профессором Государственного университета Аризоны, пришел к заключению, что сомнительные снимки Мейера не были фальшивкой. «Я нахожу сами фотографии правдоподобными, это качественные снимки», — прокомментировал он в свое время.

       Изучение фотографий Мейера было организовано хорошо известным исследователем НЛО Венделом Стивенсом (подполковник ВВС США в отставке) и имело целью исследовать аналогичные случаи. С 1978 – 1983 годы главным организатором проверок фотографий для Стивенса был Джим Дилеттосо, давний любитель НЛО, руководитель специальных проектов для APRO (Организация по исследованиям атмосферных феноменов), ведущей уфологической исследовательской группы в то время.

       Дилеттосо был похож на человека эпохи Возрождения, делящего свое время между разработкой высококачественного оборудования для компьютерной обработки данных и основной работой — планированием туров для рок–группы Moody Blues. В работе по проверке фотографий стояло две основных задачи: первая — создание методологии анализа снимков (размер, расстояние, подделка, ошибки и так далее); и вторая — тестовое фотографирование с применением этого процесса совместно с признанными экспертами. Дилеттосо посетил множество производителей оборудования для обработки изображений, включая таких правительственных подрядчиков, как EG&EG and TRW, правительственные научно–исследовательские учреждения, такие как Служба геологии, геодезии и картографии США и JPL и некоторые университеты, известные своими возможностями по анализу и обработке изображений; среди них Южнокалифорнийский университет и Университет штата Аризона. Когда находился тот, кто мог быть полезен и представлял интерес и Дилеттосо чувствовал, что он может посотрудничать в таких довольно нестандартных проектах, которыми он занимался для Стивенса, Дилеттосо следовал очень строгим правилам отбора, вплоть до соображений безопасности для обеих сторон.

       Все выбранные ученые давали подписку о неразглашении информации (что позднее обернулось головной болью для Стивенса и Дилеттосо, когда циничные «скептики» обращались к некоторым из этих ученых, чтобы удостовериться в их участии, а те, разумеется, это отрицали). Вопросами безопасности занимались Ли и Брит Элдеры из ведущей охранной фирмы того времени, Intercep Security. Ученых, которых Дилеттосо рекомендовал для привлечения к тестированию, тщательно проверяли перед тем, как начинать любое общение или инструктаж. Когда «Вояжер» пролетал мимо Сатурна, Дилеттосо работал по контракту в JPL, где и познакомился с Ричардом С. Хоглендом, который также работал в лаборатории в качестве корреспондента, освещавшего эту миссию для журнала Американских авиалиний «Америкэн Вэй». Там же он встретил и доктора Майкла Малина, в будущем — научного руководителя камер «Марс Обсервер».

       Дилеттосо уже несколько раз встречался в лаборатории с Бобом Натаном (который помогал лаборатории разрабатывать предыдущее программное обеспечение для обработки изображений VIKAR) для того, чтобы тот проанализировал четыре «настоящих» фото Мейера и два «контрольных снимка». Это Натан направил Дилеттосо к Малину. Малин в то время работал в лаборатории, но собирался вскоре перейти в Университет Аризоны и занять место профессора на геологическом отделении. После первых встреч в лаборатории Дилеттосо договорился через несколько месяцев встретиться с Малином в Аризоне.

       Малин работал над изучением вулканов, землетрясений и других проявлений геологических процессов, и в его работу по получению изображений входили спутниковые снимки, нанесенные на трехмерные топографические карты, а также компьютерное моделирование сейсмических процессов. Стивенс и Дилеттосо вновь обратились в лабораторию Малина в 1980 году с теми же четырьмя снимками Мейера и двумя контрольными снимками, которых больше никому не показывали. Малин оцифровал их и сделал предварительный анализ, когда снимки были у него, а дальнейшие исследования провел в последующие недели. Во время следующей встречи с Дилеттосо Малин сообщил, что он серьезно поработал с фотографиями. Говоря простыми словами, в результате своих исследований он не обнаружил на фото свидетельств наложения, или, как он называл, «монтажа». Письменного отчета он не давал, поскольку его и не просили этого делать. Впоследствии они никогда не пытались забрать или стереть фотографии, оцифрованные по системе Малина, поскольку полагали, что Малину будет полезно иметь эти фото и передавать их своим коллегам.

       В 1985 году Гэри Киндер писал книгу «Световые годы» о расследовании случая Мейера. Киндер взял у Малина интервью и включил в книгу его комментарии, которые были (с долей скепсиса) подтверждающими. (Туда также вошли и комментарии Малина о Дилеттосо, в целом поддерживающие последнего). Малин подтвердил, что не нашел свидетельств подделки, и сообщил об этом Киндеру, однако он не был уверен, что объекты на снимках являлись внеземными космическими аппаратами. Если учесть ту враждебность, которую Малин впоследствии проявит к идеям об артефактах в Сидонии, интересно, что Малин даже признался Киндеру, что он протестировал фото Мейера, не говоря уж о том, что он не делал отрицательных заявлений о своих исследованиях. Если уж на то пошло, случай Мейера был гораздо более из ряда вон выходящим, чем что-либо из предлагавшегося Хоглендом, но при этом, в отличие от исследований Хогленда, по существу не фальсифицировался. Позднее Малин получил грант МакАртура и исчез из поля зрения вплоть до своего следующего появления на проекте «Марс Обсервер» в качестве человека за камерой. Примечательно, что в течение ряда лет Дилеттосо регулярно общался с секретаршей и лаборанткой Малина в Университете штата Аризона, которая в 1990–х посещала его технологическую лабораторию в городе Темпе (штат Аризона) раз в несколько месяцев. Фактически она стала главным исследователем в области криптоархеологии, занимающейся поиском древних развалин на Земле. Она часто приносила Дилеттосо фото «артефактов», которые обнаружила на спутниковых снимках, и просила дать пояснения.

       ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…

Материал подготовил В. А. Сивоконь.

Добавить комментарий
Внимание! Поля, помеченные * - обязательны для заполнения